Боже, мой Боже, ласковый мой Боже, научи меня летать, если ты все можешь
Не прошло и двух недель моей работы в Яндексе, как ребёнок с утра села за детский столик, раскрыла одну из своих коробочек-книжек, как ноутбук, и со словами "Ну дай мне поработать! Видишь, я делами занимаюсь!" - начала перебирать в коробке игрушки.

Кстати, удивительно, что мне удается выполнить ежедневную рабочую норму, пока ребенок бодрствует. Конечно, скучновато ей бывает, когда я сижу за компом, и довольно часто приходится отвлекаться на игры, но вообще надеюсь скоро прийти к какому-то балансу, чтобы и зарплаты хватало на скромное существование, и оставалось время для совместного досуга, и не было при этом необходимости сдавать детку в сад в ближайшие годы. Все-таки великая вещь - независимость, пусть даже такая относительная и такая бедненькая.

Ещё прочитала книжечку We need to talk about Kevin - было аж не оторваться. Сильное произведение. Особенно первая его часть с описанием послеродовой депрессии и медленного распада казалось бы крепкого брака. Все-таки ни один писатель-мужчина так жёстко и жестоко не опишет ужас исковерканных межличностных отношений, как это умеют делать женщины - Людмила Петрушевская, Эльфрида Елинек, вот теперь добавила себе в копилку и Лайонел Шрайвер.
Читала кое-что из Габриэль Виткопф - но она больше исследует смерть, жестокость и другие пограничные вещи, но сами по себе эти явления, показанные ею как нечто экзистенциальное, хоть и любопытны, но не вызывают того ужаса, как процесс, ежедневное медленное сползание живой души в эту пропасть. По-моему, самое страшное, это когда с предельным психологизмом и точностью описывают обычную повседневную - убивающую, омертвляющую - жизнь.
А общем, не знаю, почему меня так тянет на всякие свинцовые мерзости, наверное, потому, что, будучи описанными в книгах, они становятся немножко более выносимыми в жизни.
Зима, одним словом. Плюс ребёнок сегодня проснулся в шесть (!!!) утра. Не всякая здоровая психика это выдержит.